Девять главных научных историй 2016 года

Опубликовано:

Как обстоят дела с наукой в ушедшем году, спросите вы? Что ж, не так уж и плохо. Роботизированная ракета сразилась с роботизированной баржей и победила. Люди обнаружили гравитационные волны из космоса, а некая компания, чьё название рифмуется с Chairanos, привнесла серьезные изменения в мир биомедицины. Итак, это был богатый событиями год для науки – спасибо, что спросили. От космоса до будущего генетических манипуляций, позвольте представить вам девять крупнейших научных историй 2016 года.

Ракета SpaceX против баржи: Роботы. Битва века

Космос, как известно, штука непростая. Инженеры должны каким-то образом уберечь свои ракеты от взрыва прямо на стартовой площадке, затем – доставить людей на орбиту, а далее – благополучно вернуть этих же людей на Землю. Чем больше автоматизации, тем лучше, а лидером в этой области является робо-ракета Falcon 9 SpaceX. После нескольких взрывных попыток добиться самостоятельной посадки ракеты на роботизированную баржу, Musk and Co., наконец, 8 апреля провёл посадку. Это событие было не только красивым, оно также стало важным моментом для будущего космических полетов. Почему? Потому что деньги управляют всей аэрокосмической отраслью. Даже один сэкономленный доллар обеспечивает дополнительный запуск ракеты. Это не значит, что SpaceX решил все свои проблемы. В сентябре, одна из ракет взорвалась прямо на стартовой площадке. Впрочем, не будем забывать, космос – вещь сложная.

Гравитационным волнам – да!

Гораздо дальше в космосе, сталкиваются черные дыры и возникают сверхновые звёзды, посылая колебания сквозь Вселенную. Точнее, теоретически так было до января 2016, когда ученые объявили о том, что они, наконец, обнаружили так называемые гравитационные волны. Обнаружили их благодаря лазерной интерферометрической гравитационно-волновой обсерватории. Здесь, в двух трубах длиной в 2,5 километра, лазеры отражаются между зеркалами. Когда волна попадает на Землю, она слегка искажает путь лазеров. Это сенсация – открытие, несущее глубокие последствия для понимания того, как строится Вселенная. Астрофизик-теоретик Кьяра Мингарелли сказал Wired в январе: «Окончательное обнаружение гравитационных волн откроет новые возможности для изучения Вселенной и почти наверняка станет революционным».

Америка борется с монументальным опиоидным кризисом

Опиоидный кризис в Америке достиг ошеломляющих масштабов. Каждый день, 3,900 людей начинают использовать рецептурные опиоиды в немедицинских целях. Каждый день. Десятки тысяч людей каждый год умирают от передозировок. Одной из оптимистических перспектив является повышение доступности налоксона, устраняющего последствия передозировки. Это означает, что больницы должны запастись данным препаратом и достаточным количеством персонала – две важных задачи в сломанной системе здравоохранения. Тем не менее, ни один препарат не способен побороть эпидемию; поэтому важно обратить внимание на слова наркоманов, утверждающих, что растение под названием кратом может помочь избавить их от опиоидной зависимости. Проблема? Управление по борьбе с наркотиками хочет объявить это крайне незаконным. Однако, возможно, имея в своём распоряжении достаточное количество оружия, Америка действительно может начать вести войну против злоупотребления опиоидами.

Здесь становится жарко, так что в сторону все геополитические распри

Добиться того, чтобы почти 200 стран договорились о чём-то – само по себе свершение, но еще больше впечатляет, когда подобная договорённость перекрывает воздух ископаемым видам топлива. Такое чудо сотворило Парижское соглашение о климате, официально вступившее в силу в ноябре. Вот вам факт по поводу глобального потепления: оно весьма и весьма реально. С одной стороны, здорово, что отдельные страны взяли на себя обязательство сократить выбросы, вызывающие глобальное потепление, однако мир не увидит никакого прогресса, если подобный шаг не сделает большинство стран. Надеемся, сообща они обеспечат, чтобы температура в мире не превышала 2 градуса по Цельсию по сравнению с показателями доиндустриальной революции, и чтобы данный показатель оставаться как можно ближе к 1,5 градуса по Цельсию, как того требует Парижское соглашение.

Угроза имени Зика

Пока мир в 2016 году объединился, чтобы бороться с изменением климата, Северная и Южная Америки пытались решить более локальный кризис: вирус Зика. Ученые убеждали, что из-за него некоторые младенцы рождались со слишком маленькими головами – диагноз, известный, как микроцефалия. И действительно, в апреле Центр по профилактике и контролю заболеваемости подтвердил связь. Может показаться, что это вовсе не является победой, однако же для науки это важное достижение. Лучше понимая вирус Зика и микроцефалию, ученые могут начать 2017 год, имея под рукой гораздо больше боеприпасов для борьбы с данным злом.

COW_v1.2.jpg

Вода, кругом одна вода – за исключением американского Запада

Калифорния продолжила в 2016 году приходить в себя после исторической засухи. Конечно, в этом году дела обстояли немного лучше, благодаря особо щедрому урагану Эль-Ниньо. Но в штате с 40 миллионами человек и 27 миллионами гектаров посевов, немного воды не решит всех проблем. На самом деле, засуха в Калифорнию не просто пожаловала на некоторое время: вероятно, она будет продолжаться вечно.

Наука знакомится с политикой. Политика, наука

Признаём: вероятно, во влиянии политики на науку нет ничего нового. Но 2016 стал годом, когда эти две категории действительно хорошо узнали друг друга – хоть и, скорее, как враги, а не как друзья. Сначала был Brexit. Отгораживание Великобритании от остальной части Европы явно не поощрило процесс обмена идеями. В частности, это может поставить под угрозу участие нации в экспериментах по физике и освоении космического пространства. По ту сторону океана, к власти пришёл Дональд Трамп. Да-да, тот самый Дональд Трамп, который утверждал, что глобальное потепление является мистификацией (это не так, что уже упоминалось ранее), что вакцины вызывают аутизм (не вызывают), и чей кабинет весь пронизан печальной псевдонаукой. Так что американские ученые немного встревожены.

Theranos: звучит, как Бог, но, скорее всего, таковым не является

В 2016 году, самым сенсационным научным провалом стала история с Theranos, некогда любимцем мира биомедицины. Компания обещала точные анализы крови, используя, при этом, лишь только каплю крови; откровенно говоря, «правдой» это не оказалось. Начались расследования случаев мошенничества. Иски. Неизбежная переориентация (термин из Силиконовой долины, означающий «вот это да, то, что мы имели в виду, оказалось совсем другим»). Так куда же Theranos направится в 2017 году? Давайте будем реалистами, наверняка не в лучшие места.

Дикие гены

Боюсь, мы обречены жить с генами, которые у нас есть. Мои гены, например, привели к лёгкой кривоногости, которая, если хотите знать, меня совершенно не беспокоит. Однако благодаря очень мощному инструменту под названием Crispr, теперь ученые могут редактировать гены в живых организмах. Например, они могут изменить москитов, чтобы те противостояли паразиту, вызывающему малярию. Все чаще и всё более спорно, ученые пытаются изменить человеческие гены в эмбрионах. В уже прошлом году, вторая группа ученых в Китае объявила, что они использовал Crispr на человеческих эмбрионах, на этот раз, чтобы предотвратить ВИЧ-инфекцию. (Первая команда использовала его в прошлом году для изменения гена, вызывающего заболевание крови.) Это, друзья мои, чревато этическими неразберихами. Приготовьтесь услышать намного больше от фронта Crispr в 2017 году.

Источник: www.wired.com